БОЕЗАПАС РИЖСКОГО АРСЕНАЛА

В Риге закончился 16-й Международный кинофестиваль „Арсенал“. Наш специальный корреспондент Артур ВЕРНЕР находился на нём как член жюри Международной федерации кинокритиков ФИПРЕССИ и решил поделиться своими впечатлениями.

Фестиваль «Арсенал» проходит раз в два года и, несмотря на свою интернациональность, является главным образом экраном для кинематографа стран балтийского региона. Поэтому в основном конкурсе на этом фестивале – фильмы стран Балтии. Остальные фильмы конкурсного показа объединены под шапкой «форум». Директор фестиваля Аугуст Сукурc - человек творческий и решил устроить открытие первого фестиваля XXI века так, чтобы оно надолго осталось в памяти его участников. Эта затея ему вполне удалась.

Сначала медленно наплывавшая в зал почтенная публика медленно рассаживалась по местам и медленно ждала, что будет. Затем её внезапно, без малейшего предупреждения, погрузили в полную темноту и в течение не то пяти, не то десяти минут услаждали музыкой известного американского композитора Майкла Гордона: «Солнечный луч твоей любви». Однако луч света в тёмном царстве появился только после того, как музыка затихла, причём почему-то в виде прожекторов, слепящих в глаза так, как будто весь зал сидел на допросе в Лубянке лет 65 тому назад.
После этого, опять же без выхода на сцену каких-нибудь руководителей фестиваля, свет опять погас и на экране пошли титры фильма Стенли Кубрика «2001. Космическая Одиссея». Для многих из нас известный фильм оказался слишком известным (лично я смотрел его раз пятнадцать-двадцать), поэтому я тихо собрался и тихо вышел из Дома Конгрессов. О том, что после окончания фильма что-то наливали и даже давали чем-то закусить, наше жюри узнало только из газет.

На следующий день, в воскресенье 22 сентября, нам удалось увидеть два фильма, один лучше другого. Сначала это была чешская лента «Сила единения» режиссёра Яна Хжебейка. Честно признаться, я давно не видел такого настоящего кино, сделанного без постоянных отступлений от жанра ради телевидения. Сюжет картины – чешская семья спасает от нацистов еврея - сам по себе довольно потёрт и, казалось бы, после «Списка Шиндлера» уже вообще мало кому не нужен, но Хжебейку удалось найти для своего фильма какие-то абсолютно неожиданные решения. Нет, повешенное в первых частях картины ружьё имени Станиславского стреляет в конце концов и у него, но совсем в другом углу и в совсем другую цель. В семье с явно неслучайно выбранной фамилией Чижик, давшей приют сыну их бывшего работодателя, Давиду Винеру, муж бесплоден, а жене очень хочется ребёнка, поэтому зритель долго ждёт момента, когда лысеющая голова чешского спасителя украсится увесистыми еврейскими рогами. Но всё происходит иначе. Вынужденный для отвода глаз сотрудничать с немцами супруг попадает дома под облаву СС и его жена, опасаясь губительно для всех троих повального обыска, объявляет себя беременной. Поскольку нацисты требуют от будущей матери медицинскую справку, единственный найденный мужем выход – жена должна забеременеть от гостя. Но этого на самом деле не хочет ни гость, ни жена, искренне любящая мужа и верная ему. Бедному супругу приходится почти силой делать класть жену и любовника в одну постель и умолять обоих согрешить во имя спасения жизни. Весьма интересен и финал, где предатели объявляют себя подпольщиками, коллоборантов спасает от народного гнева сообщение, что они оказались едва ли не партизанами и т.д. Жаль, что немецкое телевидение, не говоря уже о кинематографе ФРГ, вряд ли когда-нибудь покажет зрителю «Силу единения».

Второй была показана новая работа Отара Иоселиани «Утром понедельника». В голове Венсана – электросварщика на каком-то французском портовом заводе, о котором мы знаем только то, что на нём запрещено курить (хотя там повсюду работают сварщики и искры буквально рассыпаются могучими фейерверками) в один прекрасный понедельник происходит короткое замыкание. Венсан бросает работу и семью и отправляется в Венецию, где заводит знакомство с итальянцем Карло и его товарищами – такими же пролетариями, как и он сам. Новые друзья, вдохновлённые Бахусом, на редкость весело проводят несколько дней, но, когда просыпаются с не очень тяжёлого похмелья, оказывается, что выходные дни кончились и Карло пора на работу. Проводив его до ворот предприятия, Венсан (и мы вместе с ним) видит ту же надпись, что и на его родном заводе, но с одной только разницей: вместо французского „Defence de fumer” на сей раз написано по-итальянски „Vietate de fumaro”. За другом захлопываются ворота, и наш разочарованный герой поступает работать тем же сварщиком, но на корабль торгового флота. Где-то почти через год он всё-таки возвращается домой в тихое летнее воскресенье, и после ночи примирения с семьёй утром понедельника опять собирается на ненавистную родную работу. Всё возвращается на круги своя.
Как и большинство фильмов грузинского, а теперь уже французского режиссёра, и эта картина Иоселиани реалистична до абсурда, в конце концов сгущающегося до трёх букв «сюр». Боюсь, что и её будет трудно увидеть на экранах кинотеатров.

Понедельник стал днём просмотра средних и более или менее хороших фильмов. Франко-иранская лента «Кандагар» снята в псевдо-документальном стиле и получила за это даже номинацию на «Золотую пальму» на Каннском фестивале. Она рассказывает довольно интересную историю о нелегальной поездке канадской студентки арабского происхождения из Пакистана в Кандагар, но, кроме раскрытия того малоизвестного факта, что подорвавшемуся на советских минах раненому афганскому населению оказывали помощь медики даже из Польши, ничего нового в ней нет. Да и документальность картины уже со второго взгляда кажется липовой, хотя афганцы-мужчины довольно реалистично показаны в ленте жуликами и врунами. Видимо, поэтому никакого приза она не получила.

Более или менее красиво начавшаяся картина каталонского режиссёра Хозе Луиса Гарсии оказалась жуткой мелодрамой. Неплох был фильм чеха Богдана Сламы «Дикие пчёлы» о жизни ещё далеко не старых чехов в новые времена. Недаром на фестивале в Роттердаме он был удостоен приза «Золотой тигр», а в Риге, в конце концов, получил главный спонсорский приз величиной в 10.000 долларов США. Лучшей в этот день, но тоже не поднявшейся на уровень шедевра была картина тайваньского режиссёра Цай Мин-лян «Который там нынче час?».

Вторник оказался таким же будним днём фестиваля, как и понедельник. Сочную, но пресную канадскую мелодраму «Браки» сменил российский «Сказ про Федота-стрельца», снятый Сергеем Овчаровым по пьесе Леонида Филатова. К сожалению, Филатов как сказочник оказался намного хуже Афанасьева, но сценаристу Рустаму Ибрагимбекову и Овчарову удалась забавная смесь лубка с «комедией дель арте», замешанная на густом китче русского балагана. Общее впечатление дня не улучшила португальская лента Маноэля де Оливейры «Я иду домой», зато испанская «Пау и его брат» Марка Речи почти поразила. Здесь была и блестящая операторская работа, и прекрасный сценарий с задевающей за душу историей простых семей, и великолепная режиссура. Именно этот фильм и получил наш диплом ФИПРЕССИ.
В среду, 25 сентября, в рамках конкурса была показана картина французского режиссёра Эрика Ромера «Леди и герцог» о судьбе герцога Орлеанского и его фаворитки в годы Великой французской революции. При всех своих блестяще сделанных декорациях, когда современный Париж выглядит на экране рисованным задником, «Леди и герцог» - не фильм, а очень красивый фильм-спектакль и оценивать его качество было бы правильнее, наверное, на театральном фестивале.

В тот же день начался показ фильмов балтийского конкурса, где нам удалось увидеть эстонско-латвийскую ленту Пеэтера Сима «Добрые руки». Работа неплохая, но опять же из уже наскучившей тенденции показывать жизнь страны «по-новому»: судьба латвийской воровки, сбежавшей от судебного преследования в Эстонию и укрывшейся в доме провинциального эстонского интеллигента, чей сын служит в полиции. Посмотренная вслед за ней чисто латвийская картина, «Уходя невзначай» Виестура Кайриша, тоже не оказалась шедевром, но, тем не менее, лучшим из предоставленных нам для оценки фильмом «балтийского» конкурса. Они и получила наш второй диплом, а заодно и приз Балтийского жюри.

Зато безусловным шедевром оказалась новая работа известного режиссёра Аки Каурисмяки «Человек без прошлого». Финский кинематографист сумел показать историю человека, потерявшего память в результате зверского избиения до состояния клинической смерти, такими интересными кинематографическими приёмами и с таким юмором, нигде не переходящим границу, за которой начинается чёрный, что мы охотно поставили бы этот фильм во главу списка, не получи он уже диплом ФИПРЕССИ как лучший фильм года. Более того, эта баллада о встрече и любви одиноких сердец, снятая на фоне их нищенского бытия, была удостоена приза Большого жюри на фестивале в Канне в этом году, а исполнительница одной из главных ролей Кати Оутинен признана лучшей актрисой.

Из прочих виденных нами картин я бы отметил работу эстонского режиссёра Арво Ихо «Сердце медведицы» о жизни молодого эстонского охотника на Крайнем Севере России. Сам Ихо говорит о своей новой работе так:
«Дорогие зрители!
Наш фильм «СЕРДЦЕ МЕДВЕДИЦЫ» погрузит вас шаг за шагом в мир мифов и легенд сибирских народов- таких, как ханты, манси, эвенки и нганасаны.
Забудьте правила обычной жизни, психологический реализм и приготовьтесь погрузиться в сказочный мир нетипичных образов, ритуалов и веры в то, что медведь есть существо высшего порядка, способное принять человеческий облик и ввести охотника в сердце Природы.
В этом мистическом мире Жертва раскроет перед охотником тайну собственного бытия..
Для западных культур эта культура уже давно утеряна, но на Севере, в сердце Сибири, мир мистики жив до сих пор, так что желаю вам интересного путешествия в глубину древних времен.

Арво Ихо, режиссер фильма «Сердце Медведицы»

Проще говоря, Арво Ихо мягко, и ненавязчиво акцентом Арво Ихо показывает сосуществование малых народов: эстонцев, польки, кавказцев и северян (хантов, манси, эвенков и нганасан) на территории большого куска огромного государства. Помимо раскрытия всех указанных самим режиссёром проблем фильм удивительно красив: одни только кадры с проездом эстонца Ники, которому вождь одного из народов дал новое имя Ники-Нганасан, по Енисею к отведённому ему для охоты участку могли бы украсить рекламный ролик любой крупнейшей туристической фирмы.

Очень хороша была и лента известного канадского кинематографиста Майкла Фиджиса «Гостиница», но рассказ обо всех увиденных картинах занял бы слишком много места и времени.

Во время фестивалей прошло несколько приёмов или, как их сейчас называют, презентаций, но уже на первой я был вынужден отступить к стенке, уступая дорогу к столам лавине неизвестно откуда возникшей публики - как-то не хотелось повторять в Латвии трагедию Северной Осетии. Судя по латышско-русскому языку, владельцы приглашений были местными жителями, а судя по их жажде и аппетиту, они не ели и не пили со Дня Освобождения Латвии. Впрочем, от своих российских или украинских собратьев и сосестёр они выгодно отличались тем, что лезли в блюда и вазы одной рукой, а не всеми сразу. На остальные приёмы я ходить уже не рискнул.

Закрылся фестиваль крайне празднично, в старом рижском цирке. Устроители придумали целый спектакль с гусями, лошадкой-пони, медведями, питонами, сценаристами, режиссёрами и членами жюри. Нас даже одели в старые фраки с печатью «Рижская киностудия» и старые цилиндры с той же печатью. Это была та самая Рижская киностудия, которая в советские времена славилась своими очень неплохими фильмами. Сейчас в ней работает, кажется, только кинематографический музей.
Но праздник закрытия фестиваля удался на славу и можно только пожелать рижанам устраивать его ежегодно, а не раз в два года, как сейчас.

© World copyright by Arthur Werner

Scroll to Top