КОМЕТА САВЧЕНКО

„Не жалея своих воспитанников на тренировке, тренер обязан их оберегать в другом – постоянно думать о психологических тылах и оградить своих воспитанников ото всего того, что творится вокруг катка“

Галина Гржибовская-Кухар „И лёд, и слё

Алёне Савченко самой судьбой было предопределено встать на коньки – девочка родилась 19 января 1984 года, когда в Будапеште проходил чемпионат Европы по фигурному катанию. Единственную дочку в большой семье мать решила с ранних лет отдать в фигурное катание, хотя дорога от родного Обухова до киевского катка „Льдинка“ и занимала 1,5 – 2 часа в один конец. Юная фигуристка довольно быстро показала, что талантлива, и пришло время, когда её перевели в самый сложный разряд – парное катание. Сначала Алёна каталась у тренера Галины Гржибовской-Кухар с Дмитрием Боенко, потом со Станиславом Морозовым. В 2000 году Савченко с Морозовым стали в немецком Оберстдорфе чемпионами мира среди юниоров и впервые показались на чемпионате Европы в Вене, а после перехода главной конкурентки, Юлии Обертас, в Россию стали первой спортивной парой Украины.
Но дуэт Савченко-Морозов просуществовал только до конца сезона 2002 года. После того, как на Олимпиаде в Солт-Лейк-Сити они проиграли короткую программу своим главным украинским соперникам, Татьяне Чуваевой и Дмитрию Паламарчуку, Алёне показалось, что с этим партнёром она никогда не достигнет своей главной цели. А цель была стать чемпионкой Европы, мира и Олимпийских Игр. Поэтому после окончания сезона по инициативе партнёрши пара распалась.
Хотя девушка обвинила в недостаточном усердии Морозова, Галина Кухар решила оставить у себя не её, а партнёра. Говорят, что тренер и раньше становилась в спорных случаях на сторону Стаса, хотя отношения между Морозовым и Савченко иногда укладывались в два глагола: пил и бил. Не нашлось для честолюбивой „парницы“ ни партнёра, ни тренера и в других клубах Украины. Национальная федерация фигурного катания на коньках не очень противилась её уходу на все четыре стороны. Может быть, из-за нелёгкого характера Савченко. Возможно, и потому, что, как болтали добрые языки, она очень любила тусовки, на которых самых честных правил придерживался только дядя, да и то чужой.
Алёна кроила лёд в гордом одиночестве и искала нового партнёра в любой стране, хотя тянуло её в Германию. В конце концов те, кто верил в талант и упорство Савченко, нашли для неё осенью 2002 года место именно в Германии - в Берлине или Хемнице (бывшем Карл-Маркс-Штадте). Пока украинке готовили приглашение, визу и деньги на поездку и пребывание, Алёна всю зиму регулярно тренировалась и посещала курсы немецкого языка.
Весной 2003 года фигуристка успешно прошла пробные “спаривания“ c несколькими юношами в Хемнице (берлинский тренер Кнут Шуберт работать с ней не захотел) и через несколько месяцев вернулась туда уже с рабочей визой. Наставником Алёны стал бывший чемпион мира в парном катании Инго Штойер, партнёром – темнокожий немец Робин Шолковы. Уже к зиме Савченко с Шолковы стали чемпионами Германии в парном катании 2004 года. Это звание они подтвердили и в 2005, и в 2006 году (правда, конкуренции у них практически не было). В сезоне 2004/2005 пара заняла последовательно третье место на московском этапе Гран При ISU, четвёртое на чемпионате Европы и шестое на чемпионате мира. Приближался олимпийский сезон, и Германия надеялась, что новая пара принесёт ей в нём олимпийские медали. Ради этих наград Савченко даже дали гражданство ФРГ, воспользовавшись лазейкой в законе.

Лионский кредит не спас от банкротства

Действительно, на первенстве Европы 2006 года в Лионе пара заняла второе место, и Алёна подарила себе к 22-хлетию первую серебряную медаль. Цель войти в тройку лучших парников мира в Турине, а потом и Калгари, приблизилась на расстояние вытянутой руки, но…
Слухи о том, что у Алёны Савченко сложились с тренером „неуставные“ отношения, ползли ещё с лета 2004 года, но официально их не подтверждали даже самые заклятые соперники пары, поэтому скандальная новость далеко не заползла. Тем более, что у бывшего чемпиона мира есть жена и маленький ребёнок. Но в Лионе украинской фигуристке не то изменила осторожность, не то она решила показать миру, что Инго Штойер счастлив именно с ней и любовнице плевать на его семью. По крайней мере, многие телезрители ясно заметили это в поведении молодой женщины в „уголке поцелуев и слёз“. Может быть, зрителям это только показалось, но в нескольких письмах ко мне из России и Украины люди, хорошо знакомые с Алёной, были изумлены и расстроены. Одна женщина, психолог, знающая Савченко с её детства, написала, что Алёна вела себя крайне вызывающе. И даже предположила, что украинская фигуристка думает теперь только той извилиной, которая у неё не в голове. Крайне удивились и немецкие журналисты, которые пришли в Лионе в гостиницу для спортсменов поздравить новоиспечённую гражданку страны и вице-чемпионку Европы ровно в полночь 19-го января с наступившим днём рождения. Мой коллега, спортивный редактор одной из крупнейших немецких газет, буквально захлёбываясь от возбуждения, рассказал, что Алёна не только опоздала минут на десять, но и вышла вместе со Штойером из его номера.
На следующее утро в пресс-центре Лионского чемпионата началось шушуканье и предотвратить немедленную публикацию сенсационной жареной новости в бульварной прессе мне удалось лишь с огромным трудом.
Впрочем, молодую, не отягощённую избытком интеллекта и образования девушку не стоит судить строго: женский организм требует не только вербального общения с партнёром, тренером и несколькими случайными знакомыми – особенно, если тело привыкло к регулярным занятиям этим видом гимнастики. У Робина есть очень ревнивая постоянная подруга, запретившая ему целовать партнёршу даже на льду, у Инго – жена и любимый ребёнок, а Алёна чувствовала себя одиноко – тренировавшиеся на одном льду фигуристы украинскую конкурентку в свой круг не приняли и вне льда с ней не общались.

Трусливый доносчик спрятался за спины фигуристов

После чемпионата Европы на Савченко и Шолковы сошла лавина неприятных сюрпризов. Вообще-то, на их тренера, но Инго Штойер оказался человечишкой крайне гадким и вместо того, чтобы встать перед учениками и защитить их своей широкой грудью от неприятностей (как тому обязывает тренерская этика), прикрылся, как щитом, маленькой грудью ученицы.
После объединения двух Германий все заявленные члены олимпийской сборной ФРГ, бывшие граждане ГДР – функционеры, тренеры, медики и т.д. (за исключением спортсменов) проходят обязательную проверку на принадлежность к партийным и карательным органам Германской Демократической Республики. Фигуриста Штойера на предыдущих Олимпиадах не проверяли, а вот тренера Инго Штойера пропустили через политический рентген. Просвечивание показало, что отставной чемпион мира был осведомителем Министерства Госбезопасности ГДР (более известного по сокращению Штази от Sta ats si cherheit) до последних дней работы этого „внутреннего органа“. Да не простым стукачом, а очень активным, получившим оперативную кличку „IM Thorsten“ (внештатный сотрудник Торстен). Юный Паульхен Морозофф годами ретиво писал отчёты о поведении восточногерманских фигуристов, уделяя особое внимание Катарине Витт. О чём по скромности забывал упомянуть в многочисленных анкетах, заполненных в уже единой Германии. То есть, обманул и Федерацию фигурного катания, и НОК ФРГ, и, что главное, Бундесвер (армию недавнего врага), где имел звание фельдфебеля спортивного батальона и получал ежемесячное денежное довольствие, достаточное для прокормления себя и жены с ребёнком. По результатам проверки НОК ФРГ отказал Штойеру в олимпийской аккредитации от Германии (не одному ему, но и другому тренеру за те же грехи). Штойер немедленно подал на НОК в суд, подбив учеников на заявление, что без него они в Турин не поедут. Берлинский суд первой инстанции на скорую руку решил дело в пользу нештатного активиста МГБ ГДР, Олимпийский комитет оформить свой протест уже не успел. Тройка поехала в Турин и потом на чемпионат мира в Калгари, но бег по судам вместо полноценной подготовки не дал паре Савченко-Шолковы сил ни в Италии, ни в Канаде подняться выше шестого места. Надежды Германии на медали в фигурном катании ушли под лёд. К концу сезона спортсмены узнали, что их тренер уволен из армии, что министр внутренних дел ФРГ Вольфганг Шойбле категорически против финансирования скандалиста и активного стукача ГДР (спорт высоких достижений получает деньги через МВД) и что НОК страны ещё не сказал своё последнее слово. По наущению Штойера, Алёна Савченко, и Робин Шолковы выступили в его защиту. Теперь они подписывались под каждым шагом своего тренера. А шаги эти были чаще всего судебными. Как загнанная в угол крыса, Штойер начал злобно кидаться на всех, кого считает виновниками лишения кормушки и славы. В настоящее время он ведёт затяжные процессы против Бундесвера, против Федерации фигурного катания и, кажется, против правительства ФРГ. В этом Инго поддерживает брат, имеющий в Берлине адвокатскую контору. Бывший функционер из ГДР, а ныне владелец большого автосалона в Хемнице, платит троим стипендии. Добрые языки шепчут, что финансовую поддержку сутяге оказывает и тайная организация бывших сотрудников МГБ, но проверить эту информацию более чем сложно. А выдавать непроверенные сведения за истину является в Германии нарушением закона.

Тренер друг – ума не надо

Несколько раз Савченко просила дать ей совет, как поступить, и уверяла тех, кто о ней заботился, что фигурное катание для неё намного важнее репутации тренера. Но уже через день-другой использовала полученные рекомендации во вред себе, для поддержки позиции уличённого стукача. Как говорит немецкая поговорка, ночная кукушка всегда перекукует дневную, и Алёна оказалась готовой поставить крест на собственном будущем ради спасения тренера и друга, который, как она по наивности полагает и сегодня, скоро бросит семью и сделает ей предложение.
Летом Инго Штойер поставил паре новую программу. В это время официально он уже нигде не получал зарплату. Фельдфебелю Бундесвера Робину Шолковы командование категорический запретило появляться на льду рядом с тренером, исключенным из армии за сознательный обман при заполнении личной анкеты. Но, видимо, у сына немки из Силезии и студента из Танзании взыграла кровь никогда не виденного отца, и он вышел на лёд в Хемнице вопреки полученному приказу. Тренировку посетил армейский проверяющий, и Робину пригрозили таким же увольнением, как и его тренеру. Потом Штойер уехал зарабатывать деньги в Канаду и пара какое-то время тренировалась сама по себе.
За это время прошли перевыборы правления Федерации фигурного катания ФРГ. Старое отправили в отставку. Пришедшие к власти функционеры объявили, что денег у Федерации нет и что МВД заморозил финансирование всего фигурного катания до тех пор, пока разоблачённый шептун не исчезнет с поверхности льда. Сначала Федерация закрыла глаза на то, что Инго Штойер продолжает работать с парой – она его работу не оплачивала. Но 20 сентября вышел пресс-релиз, в котором было ясно сказано, что Федерация отказывается от услуг Инго Штойера и он ни в коем случае не может представлять фигурное катание Германии, работая с её фигуристами. 21 октября Штойер опротестовал это решение федерации в суде восточной части Берлина и выиграл. Робина Шолковы из Бундесвера уволили как военнослужащего, не выполнившего приказы командования. Федерация исключила пару Савченко-Шолковы из списков участников турнира „Трофей Небельхорна“, адвокат Штойера добилась отмены запрета. Но появиться на соревнованиях в Оберстдорфе тройка всё-таки не рискнула, опасаясь вопросов настроенных по-боевому журналистов. 30-го сентября новое руководство ФФК ФРГ провело там первую пресс-конференцию. Президент федерации сообщил, что адвокаты намерены и в дальнейшем продолжать судебную войну против них и всех до победного конца. Или до конца карьеры Алёны и Робина.
В принципе, если бы Савченко и Шолковы достигли хотя бы того уровня и настроения, с которыми выступали в Лионе, то при ожидаемом составе участников чемпионата Европы 2007 года в Варшаве могли бы без особых проблем стать победителями – самые серьёзные соперники с этого континента уже покинули любительский лёд. А при таком развитии событий им придётся бояться едва ли не всех, включая и Марию Петрову с Алексеем Тихоновым, и Юку Кавагучи с Александром Смирновым, и Юлию Обертас с Сергеем Славновым, и поляков, и, конечно, украинцев Татьяну Волосожар со Станиславом Морозовым. И, конечно, судей и функционеров ИСУ, которые очень не любят скандалистов и сутяг.

Будущее полно ожиданностей, или выброс в никуда.

19 января 2007 года Алёне Савченко исполнится 23 года В этот день украинская фигуристка с немецким паспортом уже должна приехать на чемпионат Европы в Варшаву. Выйдет ли она на лёд и, если „да“, то с каким настроением? И, если право на старт Штойер сможет выбить только через суд – на какие оценки могут рассчитывать Савченко и Шолковы? Девять лет назад федерацию жестоко подвёл лучший танцор сборной ФРГ Самвел Гезалян, входящий в первую пятёрку лучших танцоров мира. Армянин одесского разлива соблазнил катавшуюся рядом, но в другой паре Ксению Сметаненко и перешёл c ней под флаг Армении. На чемпионате Европы 1998 года пара Сметаненко-Гезалян оказалась на двадцатом месте – надо полагать, не без помощи немецких функционеров и судей. Точно так же выдавили с любительского льда прекрасного немецкого фигуриста Норберта Шрамма, не желавшего играть по правилам Федерации.
Выход Инго Штойера к бортику в Китае и Москве, Варшаве и Токио вопреки решению федерации и желанию правительства страны разоблачённый доносчик сочтёт очередной личной победой. При этом место, на которое могут сбросить его пару, волнует Штойера намного меньше прошлогоднего снега в Турине – лишившись будущего на родине, он, надо полагать, рванётся на заработки куда-нибудь за океан. А вот Алёне и Робину будет крайне тяжело выбраться из пропасти. Если вообще удастся, особенно честолюбивой Алёне. Инго Штойер, который обожает трёхлетнего сына, никогда не бросит семью ради уже изрядно надоевшей ему любовницы.
После сезона 1998 года Самвел Гезалян и Ксения Сметаненко ушли с любительского льда, опущенные на чемпионате мира в Миннеаполисе на двадцать седьмое место. Пару даже не допустили до финала. Стоило ли Алёне Савченко покидать Родину ради похожего позора с ней самой?
Своим поведением Савченко вычеркивает из жизни восемнадцать лет детства и юности плюс мечту стать лучшей фигуристкой планеты. Жаль федерации всех видов спорта ФРГ, которые, скорее всего, уже никогда не смогут ходатайствовать перед правительством Германии о присвоении их выдающимся спортсменам немецкого гражданства ранее положенного срока. Наверное, надо посочувствовать и наивной Снедурочке, которая верит в успех охоты на тренера. Но, скорее всего, с ней исполнят один из вариантов её любимого элемента: выброс. У Алёны даже адрес электронной почты начинается со слова „выброс“. Но на сей раз это будет выброс в никуда.

Статья написана для журнала "Мiй спорт"

© World copyright by Arthur Werner

Scroll to Top